Пять месяцев назад власти взялись жестко регулировать цены. За «необоснованное завышение цен» бизнес штрафуют, кроме того, с момента введения системы было заведено более 50 уголовных дел. Посмотрели, как за это время изменились цены, и попросили эксперта оценить саму систему и ее перспективы.
Как изменились цены по Белстату и в магазине
Данные за февраль пока еще не опубликованы, но если посмотреть цены по Белстату в октябре 2022-го и январе 2023-го, то по многим позициям они практически не изменились. А что-то даже стали продавать дешевле. Больше всего из продуктов подорожали овощи, причем не только огурцы и помидоры, которые в конце зимы в основном привозные, но и местные, которыми чаще всего рынок обеспечивают госорганизации. Так, в январе огурцы выросли в цене на 120% к октябрю прошлого года, помидоры — на 96,6%, перец — на 51%. За это же время картофель подорожал на 8,7%, капуста — на 9,2%, морковь — на 19,3%, свекла — на 16%. В целом индекс потребительских цен, по Белстату, в январе к октябрю прошлого года составил 0,1% (конкретно в октябре и ноябре зафиксировали дефляцию).
Огурцы, помидоры и морковь за этот период обогнали по росту цен тот же отрезок времени в 2021–2022 годах.
Другая картина складывается, если сравнить цены на конкретные товары в одном и том же магазине. Например, конкретная белорусская детская смесь, которая 7 октября стоила 5,15 рубля, сейчас продается за 5,49 рубля. То есть на 6,6% дороже. А импортная смесь от Nestle выросла в цене на 15,9%.
Белорусские макароны «Пастораль» (рожки) в цене не изменились, а «Веселые зверята» этой же марки подорожали на 5,5%. При этом многие импортные макароны за это время подешевели, а часть просто исчезла из продажи. Цены на муку в одной и той же торговой сети почти не изменились. Наиболее популярные марки сахара в среднем увеличились в цене на 4%.
Фасованная тазобедренная часть свинины одной конкретной марки за это время выросла в цене почти на рубль, или на 6,9%. Цены на рыбу сильно варьируются: что-то немного подорожало, а что-то — подешевело. Но выбор многих продуктов в целом в изученной нами торговой сети стал более скудным.
Эксперт: Если контроль цен начнет противоречить объективной реальности, от него откажутся
— Изначальная система от 6 октября, которая предполагала совсем жесткое регулирование всех цен, через две недели была отменена, потому что такой механизм может разрушать рынки довольно быстро. [В случае ее сохранения] сейчас мы бы уже видели серьезнейшие последствия, — отмечает старший научный сотрудник BEROC (Киев) Лев Львовский. — Но ее заменили на более мягкую. Именно она держится до сих пор.
По словам эксперта, постановление №713, которым регулируют цены, с учетом многочисленных изменений и дополнений дало некоторые негативные последствия, но они не были настолько критичными, как ожидалось изначально.
— Это снижение ассортимента, то есть пропадают не целые категории товаров, а отдельные товары из них. Было условно восемь видов майонеза, осталось шесть. С этим можно жить, — комментирует Лев Львовский. — Мы видим финансовые проблемы у отдельных импортеров, но это не носит массовый характер.
В октябре экономисты отмечали, что из-за последствий, к которым приведет жесткое регулирование цен, через несколько месяцев могут от него отказаться либо начать постепенно смягчать меры. Действительно, МАРТ раз за разом вносил коррективы в документ, а потом и вовсе дважды его переписывал. На вопрос, почему выбранный метод контроля до сих пор работает, экономист отвечает, что этому способствовали обстоятельства.
— Контролировать цены стали как раз в момент, когда они начали снижаться сами и как минимум некоторые проинфляционные факторы стали отпадать. Первое — снижение мировых цен и мировой инфляции. То есть в местах, где мировые цены давили на наши, этот проинфляционный эффект ушел. Мы видим, что рынки приспособились к войне, большие изменения в ценах, которые произошли в ее начале (например, на газ, зерно, удобрения), начали приходить в норму. По некоторым категориям товаров это произошло еще летом, по другим — сейчас.
Вторым фактором экономист называет хороший урожай в прошлом году, который превысил привычный уровень. Это помогло в среднем снизить цены на сельхозтовары, пусть и не без исключений (как видно выше). В среднем цены на продукцию сельского хозяйства стали падать с сентября прошлого года.
— Третий фактор — продолжающаяся депрессия внутреннего спроса. Мы видим, что от внешней конъюнктуры наша экономика колеблется, а внутренний спрос стабильно подавлен. Если посмотреть на добавленную стоимость по отраслям, оптовая и розничная торговля — это стабильно один из антилидеров роста ВВП. На протяжении почти всего последнего года она держится на уровне минус 18−20% в реальном выражении к такому же периоду прошлого года. К этому добавилась система контроля цен, которая подавила желание отдельных предпринимателей, ритейлеров поднимать их.
По словам экономиста, оказывает влияние и большое количество уголовных дел и штрафов. С учетом всех этих обстоятельств рыночная конъюнктура позволяет ценам не сильно расти.
— В макроэкономике мы обычно говорим о средних ценах, по ним внешняя конъюнктура в целом благоприятная. Но есть отдельные товары, где рост все равно происходит. Если есть объективный фактор, который увеличивает цены на 20% для ритейлера, а ему не разрешено их поднимать, то он либо продает себе в минус, либо просто перестает торговать. В таких критических случаях МАРТ меняет свою позицию, как это было с цветами и некоторыми сельхозпродуктами. То есть эта система более гибкая, чем та, которую предложили 6 октября (с полным запретом повышения цен. — Прим. ред.).
Экономисты BEROC, а также аналитики ЕАБР прогнозируют весной снижение инфляции вплоть до 4−5% годовых с дальнейшим восстановлением ее роста. Вероятно, белорусские чиновники объяснят это успехами выбранной системы регулирования цен. Однако эксперт отмечает, что в первую очередь на это повлияют внешние условия.
— Это сумма всех факторов. Но снижение до 5−7% — это все-таки больше будет из-за внешней конъюнктуры и депрессии внутреннего спроса, чем из-за регулирования. Но местами повлияет и оно.
По мнению Льва Львовского, выбранная правительством система сдерживания инфляции продолжит действовать до тех пор, пока не будет сильно вредить рынку. «Если контроль цен начнет противоречить объективной реальности, то его будут убирать», — отмечает он.
